Вне угроз
«Сделать так, чтобы нам не угрожал никто» – главный параметр окончания СВО, который сформулировал президент Владимир Путин. Что имел в виду глава государства, когда заявил, что «дело идёт к завершению», каковы очерченные им условия переговоров?
Фраза Путина «Нужно сделать так, чтобы нам не угрожал никто. Вот и всё», которую он произнес на пресс-подходе 9 Мая, выглядит простой, но по сути это формула традиционного перечня целей СВО: «защита Донбасса, демилитаризация, денацификация, нейтральный статус Украины». То есть цель СВО – это не решение вопроса неонацизма в отдельном государстве, а структурная безопасность на десятилетия.
Эта формула выводит конфликт за пределы украинской повестки и закрепляет его как противостояние с Западом в целом, прежде всего с НАТО и ЕС, откуда исходят ключевые угрозы российской безопасности.
Заявление Путина о том, что «дело идёт к завершению», прозвучало на фоне уже объявленного временного прекращения огня. Президент не назвал ни сроков, ни параметров этого завершения, что позволяет трактовать его слова скорее как политический сигнал внешним игрокам и внутренней аудитории.
Владимир Путин обозначил фактически два допустимых формата контактов с украинским руководством: либо делегация Киева приезжает в Москву, либо встреча проходит в третьей стране, но только ради формального подтверждения уже выработанных соглашений.
То есть торг возможен по деталям – срокам, гуманитарным вопросам, техническим параметрам безопасности, но не по результатам, которые Россия считает уже достигнутыми на земле. Отказ признавать за Киевом полноценный субъектный статус в переговорном процессе логично продолжает политическую линию о «киевском режиме», управляющемся извне, и адресует реальные решения Западу, прежде всего США и ЕС.
Отдельный смысловой блок – готовность Путина говорить с Евросоюзом, но «приоритетно по вопросам безопасности», которые и были объявлены первопричиной конфликта. В российской трактовке это расширение НАТО, военная инфраструктура США и союзников у российских границ и политика поддержки Украины, включая вооружения и разведданные.
Тем самым Москва возвращается к повестке, которая была сформулирована ещё в ультимативных проектах договоров РФ – НАТО и РФ – США в конце 2021 года: сферы влияния, ограничения на размещение ракет и баз, статус Украины и других соседних государств. Для ЕС это означает, что разговор с Россией после 9 мая 2026 года предлагается вести не столько о «мире на Украине», сколько о новой конфигурации европейской безопасности, где украинский кризис – лишь один из симптомов системного конфликта.
