0
 

Сосед-краснофлотец

«Малая земля» – мемориал, который обязан посетить каждый. Фото предоставлено автором.

Не нахожу объяснений, почему осознание чего-то очень важного и несделанного приходит только с серьёзным возрастом. Семнадцать лет я жил рядом с замечательным, с интереснейшей судьбой человеком Фёдором Андреевичем Шевченко и ни разу за это время не спросил у него: а что и как происходило в то нелёгкое время, выпавшее на его долю? А ведь дядя Федя родился за шесть лет до Октябрьской революции, служил ещё до Отечественной войны срочную службу на подводной лодке и воевал в составе Черноморского флота. Тяжелейшие времена. И я ничего об этом у него не спрашивал. И он сам ничего не рассказывал. А тут две недели назад побывал я опять на своей малой родине, встретился с сыном Фёдора Андреевича. Разговорились. И мне стало стыдно, очень стыдно за то, что я, оказывается, ничегошеньки и не знал о своём соседе.

 

Родной колодец

Жили мы по соседству в тихой кубанской станице Кореновской (с 1961 года – город Кореновск). На границе меж двух наших участков был (да и сейчас он на месте) колодец. Колодец глубокий, около десяти метров глубиной. Когда я приезжаю на свою малую родину, то, обнявшись и поздоровавшись с родными, первое, что делаю, – иду к колодцу и выпиваю большую кружку самой холодной и самой вкусной в мире воды. Нигде я не встречал вкуснее за свои 65 лет.

Мужчине на Кубани мало посадить дерево, построить дом и вырастить сына, надо ещё и колодец вырыть. Без воды нигде нет жизни, а на Кубани особенно. Так вот, вырыт этот колодец и обложен изнутри кирпичом руками дяди Феди. Помощники, конечно, были, без них никак, но самые тяжёлые и опасные работы внутри колодца он по праву старшинства и мастерства никому не доверял. Давно уже водопровод в доме, но стоит наш колодец уже семьдесят лет, ни грамма не обсыпавшись, ни миллиметра не покосившись. А вода из него какая! Спасибо, Фёдор Андреевич.

Но если об этой трудовой житейской истории мне было известно, то о военных и послевоенных, без преувеличения сказать, подвигах краснофлотца Фёдора Шевченко я узнал впервые.

Фёдор Шевченко и его сослуживцы во время обучения в учебной части Черноморского флота, 1935 год. Фото из архива Евгения Шевченко.)

«У Шостака»

Родился он в станице Журавской Выселковского района Краснодарского края в 1911 году. Его отец, Андрей, погиб в Турции, когда Феде было три года, мама тоже рано умерла, и воспитывался он у дедушки с бабушкой. Тем не менее получил четыре класса образования, по тем временам образование серьёзное, до армии батрачил в станице Платнировской, как он говорил, «у Шостака». Срочную службу пять лет отслужил гидроакустиком на подводной лодке Черноморского флота. После службы, с 1937 года и до войны, работал кассиром в сберкассе.

На фронт взяли не сразу, а лишь в июле 1942 года и, конечно же, на флот – и опять Черноморский. В 1943 году в составе десанта под командованием Цезаря Куникова участвовал в боях на Малой земле. Тяжёлые воспоминания остались у Фёдора Андреевича о тех боях. Из Кабардинки днём с места формирования вновь образовываемых частей и до окраин Новороссийска они шли пешком, там погрузились на катера и ночью… на Малую землю.

Но Малой землёй она потом стала называться, а изначально это был широкий пляж, виноградники и предгорье. Много краснофлотцев погибло и при высадке, и при захвате плацдарма, но ещё больше – при его удержании. Шесть с половиной месяцев удерживали плацдарм. Головы было не поднять, передвигались только ползком, буквально вгрызались в землю. Немецкие позиции были подальше от берега, на возвышенностях, а ближе к морю располагались румынские. Но, что запомнилось Фёдору Шевченко и он это каждый раз подчёркивал, румыны в нас не стреляли.

«Ползём на рубеж атаки по виноградникам и почти лицом к лицу сталкиваемся с румынскими солдатами. А те палец к губам, ладони к глазам, мол, мы вас не видим и не слышим, только не стреляйте. И мы дальше ползли. Очень тяжело было заставить себя вставать под огнём. Сколько раз я вставал в атаку – и не сосчитать. Рядом падали товарищи и слева, и справа, но мне везло, отделался лишь лёгкими царапинами», – рассказывал он.

Винтовка и штык

Но ещё труднее было без воды, жара и днём и ночью, а воды нет. Не столько важно было научиться и следовать премудростям военной тактики, сколько уметь превозмочь жажду. Надо было перетерпеть – и не будет хотеться. А потому располагавшийся рядом колодец был воистину стратегическим объектом. За воду из него гибли и наши, и немцы, сотни с обеих сторон, несколько раз колодец переходил из рук в руки. Командир роты погиб, командир взвода погиб ещё раньше, офицеров не было, и краснофлотца Шевченко в звании матроса назначили командовать ротой – возраст, опыт, образование сыграли свою роль. Винтовка и штык были основным оружием у моряков-десантников, но бились они отчаянно и умело. Чёрной смертью называли немцы куниковцев. Только завидев бескозырки и чёрные бушлаты, фашисты зачастую начинали паниковать.

После освобождения Новороссийска соединение, в котором воевал Фёдор, принимало участие в боях за Севастополь, затем освобождали Одессу и далее с боями наступали по всему западному побережью Чёрного моря. Незадолго до окончания войны их часть вернули в Севастополь, где они приступили к восстановлению разрушенного войной. К этому времени Фёдор стал командиром отделения, на его груди гордо блистало несколько боевых наград. В подразделении, где продолжилась служба, было много армян. Армяне – умелые строители, и Фёдор многому у них научился, освоил навыки каменщика, но особенно ловко у него получалось штукатурить.

С этим портретом своего деда в рядах «Бессмертного полка» теперь гордо шагает внук – Михаил Шевченко.

На велосипеде в Севастополь

Демобилизовали Фёдора Шевченко одним из первых: всё-таки пять лет срочной службы и три фронтовых года, очень редко у кого были такие сроки выслуги. Выписали справку о демобилизации, военных билетов не хватало, пообещали потом прислать. Ну, не задерживаться же по такому пустяку. Вернулся в родную Журавку, поехал в районный центр в военкомат, а там со справкой на учёт не ставят. Только военный билет им подавай. Что делать? Ждать, когда пришлют?  А без постановки на учёт на работу не устроиться. А без работы… Не прожить, даже не выжить тогда было без работы. И решил демобилизованный фронтовик ехать обратно в Севастополь за военным билетом – так быстрее будет, чем ждать неизвестно сколько.

И поехал… на велосипеде! Когда я такое услышал, я ушам своим не поверил. Как на велосипеде? Ведь это около шестисот километров. В наше время и на автомобиле не каждый решается преодолевать такие расстояния, а тут – на велосипеде! Решительный и отважный был Фёдор Андреевич, и для него предстоящая дорога – это просто пыль по сравнению с увиденным и пережитом на фронте. Велосипед попросил у соседа, собрал какое-то количество продуктов с собой, немного денег – и в путь. Шесть дней он добирался в свою часть. Дороги в основном гравийные и грунтовые, но это на Кубани, а в Крыму один из участков, около 90 километров, попался исключительно песчаный. Вот там, говорит, немножко трудно было, «редко где я на велосипеде, больше рядом с ним, а иногда и он на мне».

Через Керченский пролив переправлялся без проблем – моряк моряку всегда поможет. С утра до ночи Фёдор крутил педали, ночевать останавливался в хуторах или посёлках, редко где отказывали в ночлеге. Останавливаясь, непременно каждый раз отмечался у участкового милиционера или в сельсовете. Так и ехал, несколько раз велосипедную камеру приходилось клеить. В части ему армяно-кавказские сослуживцы удивились и очень обрадовались: «Смотри, командира приехала. Командира вернулась». Поставили на довольствие, предложили командовать прежним, своим отделением, но Фёдор отказался: «Всё, откомандовался я». «Ну, тогда отдыхай», – поступило ему новое предложение. Рядом море, солнце – чем не курорт? Но разве мог он это себе позволить. И две недели, пока выправляли правильный документ, он наравне со всеми работал над восстановлением казарменного фонда.

Мемориал «Малая земля» с высоты птичьего полёта. До сих пор вокруг нетронутая территория, сохранившая следы той яростной войны – окопы, траншеи, рвы.

Домой за две недели

Наконец получил он на руки злополучный военный билет, подготовил своего железного коня и на другое утро собрался отправиться в обратный путь. Рано утром все вышли его проводить. Подходит Фёдор к велосипеду и ничего не понимает: на нём навьючено непонятно что и сверху, и сбоку. Что это? «Это постельное бельё, это нательное, здесь сапоги и портянки, тут тушёнка с сухарями, – по-деловому, ничуть не смущаясь, разъяснял старшина-армянин. – А это вода – помнишь, как на Малой земле без воды нам с тобой туго было? Бери, командир, не обижай нас, мы всё это заработали, а ты – заслужил».

Без малого две недели добирался домой Фёдор, почти вдвое дольше оказалась его обратная дорога. А ещё через пару дней он уже работал прицепщиком (на сеялках, плугах, косилках копнителях).

Женился, пятеро детей у него было. Переехал в станицу Кореновскую, в начале 50-х годов получил участок под строительство дома, и с тех пор он стал нашим добрым и надёжным соседом. Почти до пенсии работал строителем, возводил стены моей родной школы № 2, строил здание райкома партии и детский сад сахарного завода. Работал и после пенсии до 80 лет, но уже на работах с меньшей физической нагрузкой.

Всё, что я вам рассказал выше, мне поведал его старший сын Евгений Фёдорович Шевченко, мой хороший друг и старший товарищ. Ему уже за семьдесят. Вспоминая об отце, он несколько раз упомянул, что очень не любил Фёдор Андреевич вспоминать про войну. Но иногда всё же делился воспоминаниями. И всё, что Евгений запомнил, пересказал и мне.

Но на этом интересные истории про Фёдора Андреевича не закончились. Рядом во время нашего разговора всё время была супруга Евгения Нина. Она сидела, внимательно слушала и не перебивала. А потом и говорит: «А ведь была ещё одна история, связанная с Фёдором Андреевичем и Малой землёй. Его как заслуженного ветерана Великой Отечественной войны иногда приглашали выступить перед той или иной аудиторией. В 80-х годах я преподавала в школе № 2. И наш директор к 23 Февраля в 1984 году задался целью найти ветерана, который участвовал и мог бы рассказать о сражении на Малой земле. Как бы было это здорово, потому как в школьной программе «Малая земля» Леонида Ильича Брежнева в то время была обязательна к изучению. А я и говорю: «Так мой свёкор воевал на Малой земле». Пригласили».  

Мемориал «Малая земля». 225 дней в ожесточённых боях героические советские моряки и солдаты отстаивали плацдарм, названный десантниками «Малая земля».

И не видел, и не слышал

Фёдор Андреевич не очень любил такие мероприятия, но всё же согласился, пришёл. На втором этаже собрался полный актовый зал, несколько старших классов вместе. Ветеран толково и подробно рассказывал о ходе боёв, о трудностях службы, о погибших сослуживцах. Призывал мальчишек заниматься спортом: «Мужчины не должны быть слабыми. Будьте настоящими защитниками Родины. Мы её защитили, теперь ваша очередь быть готовыми к защите». Ему все стоя долго аплодировали. Были и вопросы с ответами. Ответ ветерана на последний вопрос обескуражил и чуть не испортил всё торжественное мероприятие. Одна из старшеклассниц спросила: «А видели ли вы Леонида Ильича Брежнева на Малой земле?» И Фёдор Андреевич без колебаний и не задумываясь выдал: «Простите меня за правду. А я говорю всегда только правду. И не видел, и не слышал».

«В зале повисла такая тишина и молчание, что мне пришлось срочно выправлять ситуацию. Я встала и начала объяснять, что комиссаров на войне было много, всех их никто и не знает, тем более рядовой солдат. А Фёдор Андреевич продолжил: «Бои на Малой земле были  настолько тяжёлые, что было не до комиссаров. Может, наше начальство и встречалось с ним, но не мы. У нас была задача любой ценой держаться за тот клочок земли. И мы её выполнили». Во время этого неловкого эпизода директор школы всё время на меня поглядывал, а после сказал: «Да, промашка вышла», – вспомнила Нина.

После этой встречи с учениками средней школы № 2 Фёдора Андреевича долго никуда не приглашали. Но он и не обижался и даже в шутку отвечал: «А мне и должность директора сельхозпредприятия предлагали в пятидесятых годах, но я отказался. Я им тогда ответил, что всегда говорю только правду, а поэтому из меня начальника не получится».

Зато получился из дяди Феди настоящий советский человек. Стыдно, что всего этого я до сих пор не знал.

Николай Бесклёвный
Версия для печати


© 2001-2021 Сетевое издание «Псковское агентство информации».
18+

Полное использование материалов сайта
без письменного согласия редакции запрещено.
При получении согласия на полное использование материалов сайта, а также при частичном использовании отдельных материалов сайта ссылка (при публикации в сети Internet — гиперссылка) на сайт «Псковского агентства информации» обязательна.

Свидетельство о регистрации СМИ ЭЛ № ФС77-76355 от 02.08.2019, выданное Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор).

Учредитель (соучредители): Администрация Псковской области, Автономная некоммерческая организация Издательский дом "МЕДИАЦЕНТР 60"


Контакты редакции:

Адреc180000, Псковская область, г. Псков, Ленина, д.6а Телефон(8112) 72-03-40
Телефон/факс(8112) 72-29-00 Emailredactor@informpskov.ru

Главный редактор - Александр Юрьевич Машкарин, Креативный редактор — Алена Алексеевна Комарова


Прайс-лист на размещение рекламы и техтребования

Прайс-лист и техтребования на размещение рекламы в мобильной версии сайта

Реклама
на сайте
8(8112)56-36-11, +7(900)991-77-20, телефон/факс 8(8112)57-51-94
n.vasilieva@mh-pskov.ru
Рейтинг@Mail.ru
Идет загрузка...