0


  • Коротко
 

Дальше будет больше

Эта картина останется в моей памяти до конца, как воспоминание об одном из самых сильных впечатлений всей жизни.

Шел второй день гонок на Кубок «Балтийца» [IV Малый Кубок яхт-клуба «Балтиец» в Санкт-Петербурге]. После трех побед по слабому ветру в первый день Лёня и Матвей [псковские яхтсмены Леонид Оверкин и Матвей Куликов] отчаянно пытались удержать преимущество в сильный ветер. Получалось не очень: третье, два вторых места и перспектива еще двух гонок не радовала ни разу. Повторяя про себя заклинание «ну хоть разочек сегодня первыми – и дело сделано» и понимая, что конкуренты на 3-4 года старше и килограммов на 20-30 тяжелее, я пытался между гонок вдохнуть в свой экипаж жизнь всеми доступными мне способами: разбором ошибок, «сникерсами», криками и кусками холодного мяса от вчерашнего шашлыка новгородцев. Получалось, но медленно и тяжело. Не в силах выдержать зрелище упущенной по глупости победы в шестой гонке, я ушел со старта и пошел к верхнему знаку со словами «…» (проклятый Роскомнадзор, в общем).

Плотная куча «Зумов» и «Кадетов» [«Кадет» и «Зум-8» - классы яхт] накатывала с неотвратимостью цунами, но разглядеть что-либо в ней было трудно. Внезапно «Зумы» разошлись и моему взору предстала волшебная картина: прямо на меня с отрывом метров в пятьдесят от ближайшего конкурента летел «Кадет» с зеленой палубой и красной пятеркой на белоснежном гроте. С первого взгляда было ясно, что действиями экипажа руководит само Вдохновение. Лодка выглядела просто идеально – абсолютно параллельные колдунчики [ленточки из шерсти или хлопка, вшитые с каждой стороны паруса и указывающие малейшие изменения ветра] на стакселе, нужный твист грота, крен около пяти градусов, небольшие но точные изменения курса в ответ на заходы и отходы ветра. Словом она просто низко летела, бодро кивая на небольшой и крутой прибрежной волне. Чувствовалось, что нервы экипажа находились в состоянии туго заведенной стальной пружины.

Самого экипажа я не мог видеть из-за парусов, но воображение услужливо дорисовало мне привычную глазу картину – Лёня сидит в четверть оборота в состоянии среднего откренивания и с обратным наклоном, зацепившись правой ногой за ремень, а Матвей почти в максимальном висе, отрабатывает порывы так, что их совершенно не заметно. Шли они слегка с подветра и на 2-3 градуса полнее конкурентов, так, что я сначала подумал, что они просто валят из-за невнимательности. Но вскоре я понял свою ошибку – они сознательно шли чуть увалистей, зато наверняка на пол-узла быстрее соперников, отрываясь от них на 20-30 сантиметров каждую секунду. Всю минуту или две, пока «Кадет» шел на меня, мои рот и глаза непрерывно округлялись, пока поворот на контргалс не вывел меня из состояния транса. Без привычного топтания на повороте Лёня разогнал лодку на правом галсе, вышел точно на ветер соперникам и взял их под жёсткий контроль. Еще один четкий поворот, предельно точный выход на первую марку, и моё счастье умчалось в галфвинд [курс судна относительно ветра], оставив конкурентов в борьбе за второе место. Бодро и без малейшей ошибки поставленный спинакер [тип паруса, предназначенный для использования на полных курсах, от галфвинда до фордевинда] показал, что пружина только-только начала раскручиваться и дальше будет больше.

В голове со скоростью ослика Иа начали двигаться в разные стороны мысли. Понятно было, что такой отрыв под спинакером не отыгрывается в принципе. Навстречу проползло сомнение – не перевернулись бы. Из норки выполз кротик со справкой, что последний раз они переворачивались в прошлом году. Черепахи-санитары пронесли раненого ленивца с надписью «Да хрен знает, что от них ожидать!». Мысли мыслями, а руки сами завели мотор и направили меня к финишу. Периодически глаза измеряли расстояние между зеленым и красным спинакерами. Нет, оно не сокращалось, а увеличивалось! Вдохновение хлопцев не отпускало. Ни разу не уронив на фордевинде [курс, при котором ветер направлен в корму корабля] спинакер, они сделали поворот на нижней марке и, ни секунды не сомневаясь, помчались под спинакером в острый галфвинд к финишу. Честное слово, я бы не стал так рисковать: прошел бы этот кусок без спинакера, но надежно – отрыв позволял сделать это с большим запасом. Но завод еще не кончился, и пружина продолжала неумолимо разгонять «Кадет» до самого финиша.

Метров за пятьдесят не выдержали мои нервы, и я подошел к ним чуть ближе разрешенных 30 метров, чтобы сделать крупный план победного финиша на очень короткофокусную камеру телефона. Лёня прятал улыбку в воротник свитера, а Матвей даже не улыбался, только слегка картинно устало вздохнул, всем своим видом показывая, что это просто привычно тяжелая работа. Они еще не знали, что на финишном судне висит «морковка» с «альфой» [«морковка» — оранжевый треугольный флаг] и гонки закончились. Они просто радовались победе в одной прекрасной гонке, конечно, уже подозревая, что стали победителями и всей регаты!

 

Автор – псковский яхтсмен, тренер и педагог.

Сергей Оверкин
Версия для печати


Идет загрузка...